Господи , благослови ! Я, многогрешный раб Иоанн, иерей Кронштадтский, пишу сие видение. Мною писано и моею рукою то, что я видел, то и передал письменно».

В ночь на 1 января 1908 года, после вечерней молитвы, я сел немного отдохнуть у стола. В келье моей был полумрак, перед иконой Божией Матери горела лампада.

Не прошло и получаса, как я услышал легкий шум, кто-то легко коснулся моего правого плеча, и тихий, легкий, ласковый голос сказал мне: “Встань, раб Божий Иоанн, пойдем со мною”.

Я быстро встал. Вижу: передо мною стоит дивный, чудный старец, бледный, с сединами, в мантии, а в левой руке четки. Посмотрел на меня сурово, но глаза были ласковые и добрые. Я тут же от страха чуть было не упал, но чудный старец поддержал меня – руки и ноги у меня дрожали, я хотел что-то сказать, но язык мой не повернулся.

Старец меня перекрестил, и мне сделалось легко и радостно – я тоже перекрестился. Затем он посохом указал на западную сторону стены и тем же посохом начертил: 1913, 1914, 1917, 1922, 1930, 1933, 1934 года...

Вдруг стены не стало. Я иду со старцем по зеленому полю и вижу: масса крестов стоит – тысячи, миллионы; разные – малые и великие, деревянные, каменные, железные, медные, серебряные и золотые. Я проходил мимо крестов, перекрестился и осмелился спросить старца: что это за кресты? Он ласково ответил мне: это те, которые за Христа и за Слово Божие пострадали. Идем дальше и вижу: целые реки крови текут в море, и море красное от крови. Я от страха ужаснулся и опять спросил чудного старца: “А что это крови так много пролито?”.

Он опять взглянул и сказал мне: “Это христианская кровь“.

Затем старец указал рукой на облака, и вижу массу горящих, ярко горящих светильников. Вот они стали падать на землю: один, два, три, пять, десять, двадцать. Затем стали падать целыми сотнями, все больше и больше, и все горели. Я очень скорбел, почему они не горели ясно, а только падали и тухли, превращаясь в прах и пепел.

Старец сказал: “Смотри” , и я увидел на облаках только семь светильников и спросил старца: что это значит? Он, склонивши голову, сказал: “Светильники, которые ты видишь, – падающие, означают то, что Церкви упадут в ересь, а семь светильников горящих осталось – это семь Церквей Апостольских Соборных останутся при КОНЧИНЕ МИРА”.

Затем старец снова указал мне: “Смотри”.

И вот я вижу и слышу чудное видение... Я увидел ангелов, которые пели: “Свят, Свят, Свят, Господь Саваоф” , и шла большая масса народу со свечами в руках, с радостными сияющими лицами: здесь были цари, князья, патриархи, митрополиты, епископы, архимандриты, игумены, схимники, иереи, диаконы, послушники, странники Христа ради, миряне, юноши, отроки, младенцы. Херувимы и Серафимы сопровождали их в райскую небесную обитель. Я спросил старца: “Что это за люди?”.

Старец, как будто зная мою мысль, сказал: “Это все рабы Христовы, пострадавшие за Святую Христову Соборную и Апостольскую Церковь”. Я опять осмелился спросить, могу ли я присоединиться к ним.

Старец сказал: “Нет, еще рано тебе, потерпи (обожди)”.

Я опять спросил: “Скажи, отче, а младенцы как?”.

Старец сказал: “Эти младенцы тоже пострадали за Христа от царя Ирода (их 14 тысяч), а также и те младенцы получили венцы от Царя Небесного, которые истреблены во чреве матери своей, и безымянные”.

Я перекрестился: “Какой грех великий и страшный такой матери будет – непростительный“.

Идем дальше – заходим в большой храм. Я хотел перекреститься, но старец сказал мне: “Здесь мерзость и запустение”.

Вот вижу очень мрачный и темный храм, мрачный и темный престол. Посреди церкви иконостаса нет. Вместо икон какие-то странные портреты со звериными лицами и острыми колпаками, а на престоле не крест, а большая звезда и Евангелие со звездой, и свечи горят смоляные – трещат, как дрова, и чаша стоит, а из чаши сильное зловоние идет, и оттуда всякие гады, жабы, скорпионы, пауки выползают, страшно смотреть на все это...

Ух, Господи, как страшно!!!

Затем на престол прыгнула какая-то мерзкая, гадкая, безобразная черная женщина, вся в красном, со звездою на лбу, и завертелась на престоле, затем крикнула, как ночная сова, на весь храм страшным голосом: “Свобода!“ – и стала. А люди, как безумные, стали бегать вокруг престола, чему-то радуясь, и кричали, и свистели, и хлопали в ладоши. Затем стали петь какую-то песнь – сперва тихо, затем громче, как псы, потом превратилось все это в звериное рычание, дальше – в рев. Вдруг сверкнула яркая молния и ударил сильный гром, задрожала земля, и храм рухнул и провалился сквозь землю. Престол, священник, красная женщина – все смешалось и загремело в бездну.

Господи, спаси! Ух, как страшно...

Я перекрестился. Холодный пот выступил на лбу у меня. Оглянулся я...

Старец улыбнулся мне: “Видел?” – сказал он.

“Видел, отче. Скажи мне, что это было? Страшно и ужасно”.

Старец ответил мне:

“Храм, священники и люди – это еретики, отступники, безбожники, которые отстали от Веры Христовой и от Святой Соборной и Апостольской Церкви и признали еретическую живообновленную церковь , которая не имеет Благодати Божией. В ней нельзя ни говеть, ни исповедоваться, ни приобщаться, ни принимать миропомазания”.

“Господи, спаси меня, грешного, пошли мне покаяние – смерть христианскую”, – прошептал я, но старец успокоил меня: “Не скорби, – сказал, – молись Богу”...

“Вот смотри, – указал старец рукою, – видишь?!” .

“Вижу горы, – сказал я .

Старец пояснил: “Нет, это гора трупов человеческих вся размокла в крови”.

Я перекрестился и спросил старца: что это значит? Что это за трупы?

Старец ответил: “Это иноки и инокини, странники, странницы, за Святую Соборную и Апостольскую Церковь убиенные, не пожелавшие принять антихристовой печати, а пожелали принять мученический венец и умереть за Христа”.

Я молился: “Спаси, Господи, и помилуй рабов Божиих и всех христиан“.

Но вдруг старец оборотился к северной стороне и указал своей рукой: “Смотри”.

Я взглянул и вижу: Царский дворец, а кругом бегают разной породы животные и разной величины звери, гады, драконы шипят, ревут и лезут во дворец, и уже полезли на трон Помазанника. У Николая II – лицо бледное, но мужественное, читает он Иисусову молитву. Вдруг трон пошатнулся, и пала корона, покатилась. Звери ревели, бились, давили Помазанника. Разорвали и растоптали, как бесы в аду, – и все исчезло.

Ах, Господи, как страшно, спаси и помилуй от всякого зла, врага и супостата!

Я горько заплакал...

Вдруг старец взял меня за плечо: “Не плачь, так Господу угодно”.

И сказал: “Смотри...”.

Вижу: показалось бледное сияние. Сперва я не мог различить, но потом стало ясно – предстал Помазанник невольный. На голове у него из зеленых листьев венец, лицо бледное, окровавленное, золотой крестик на шее. Царь тихо шептал молитву. Затем сказал мне со слезами: “Помолись обо мне, отец Иоанн, и скажи всем православным христианам, что я умер как мученик: твердо и мужественно за Веру Православную и за Святую и Апостольскую Церковь, и пострадал за всех христиан; и скажи всем православным апостольским пастырям, чтобы они служили общую братскую панихиду за всех убиенных воинов на поле брани: в огне сгоревших, в море утонувших и за меня, грешного, пострадавших.

Могилы моей не ищите, ее трудно найти. Прошу еще: молись обо мне, отец Иоанн, и прости меня, добрый пастырь“.

Затем все это покрылось туманом. Я перекрестился: “Упокой, Господи, душу усопшего раба Божия Николая, вечная ему память”.

Господи, как страшно!!!

Руки и ноги у меня дрожали, я плакал.

Старец опять сказал мне: “Не плачь, так Богу угодно, молись Богу. Смотри еще”.

Мы пошли дальше. Старец быстро шел, так что я едва успевал за ним. Вдруг он обо-ротился и сказал: “Смотри”.

Вот идет толпа людей, гонимая страшными бесами, которые немилосердно били и кололи людей длинными пиками, вилами и крючками.

“Что это за люди?” – спросил я старца.

“Это те, – ответил старец, – которые отпали от Веры и Святой Апостольской Соборной Церкви и приняли еретическую живообновленческую”. Здесь были: епископы, священники, диаконы, миряне, монахи, монахини, которые приняли брак и стали жить развратно. Здесь были безбожники, чародеи, блудники, пьяницы, сребролюбцы, еретики, отступники Церкви, сектанты и прочие...

Я перекрестился. Избави, Господи, и помилуй, страшно все это виденное!!!

Затем я вижу: масса народа идет – старых и малых, и все в красных одеждах, и несли громадную красную звезду, пятиголовую, и на каждом углу по 12 бесов сидело, а в середине этой звезды сидел сам сатана со страшными рогами и страшной пастью... Весь народ кричал: “Вставай, проклятьем заклейменный!” . Появилась масса бесов, все красные, и клеймили народ, прикладывая каждому печать на лоб и на руку в виде звезды. Старец сказал, что это есть печать антихриста. Я сильно испугался, перекрестился и прочитал молитву: “Да воскреснет Бог” . После этого все исчезло, как дым.

Вдруг старец взмахнул в воздухе три раза крестообразно. И вот я вижу массу трупов и реки крови. Ангелы летали над телами убиенных и едва успевали подносить души христианские к Престолу Божию , и пели “Аллилуйа!” . Страшно было смотреть на все это. Я горько плакал и молился. Старец взял меня за руку и сказал: “Не плачь, так нужно Господу Богу за наше маловерие и окаянство, сему надлежит так быть. Спаситель Наш Иисус Христос тоже пострадал и пролил Свою Пречистую Кровь на Кресте. И так, будет еще много мучеников за Христа, и это те, которые не примут антихристовой печати, прольют кровь и получат мученический венец”.

Затем старец помолился, три раза перекрестился на Восток и сказал: “Вот исполнилось пророчество Даниила. Мерзость запустения окончательная”.

Я увидел Иерусалимский храм, а на куполе – звезду. Вокруг храма толпятся миллионы народа и стараются войти внутрь храма. Я хотел было перекреститься, но старец задержал мою руку и опять сказал: “Здесь мерзость запустения”.

Мы вошли в храм, где было много народа. И вот вижу престол посреди храма, кругом престола в три ряда свечи смоляные горят, а на престоле сидит в ярко-красной порфире всемирный правитель-царь, а на голове – золотая с бриллиантами корона, со звездою. Я спросил старца: “Кто это?”. Старец сказал: “Это есть антихрист” ...

Вдруг антихрист встал на престол, выпрямился во весь рост свой, поднял высоко голову и правую руку протянул к народу – на пальцах были когти, как у тигра, и зарычал своим звериным голосом: “Я ваш бог, царь и правитель. Кто не примет печати – смерть им тут”. Все пали на колени и поклонились, и приняли печать на лоб. Но некоторые смело подошли к нему и громко разом воскликнули: “Мы христиане, веруем в Бога Нашего Иисуса Христа” . В один миг сверкнул меч антихриста – и головы христианских юношей скатились, и пролилась кровь за Веру Христову...

...Вдруг тысячи громов прогремели – и тысячи молний небесных стрелами огненными летали и поражали слуг антихриста.

Вдруг самая большая стрела, огненная, крестообразная, слетела с неба и ударила антихриста в голову. Он взмахнул рукой и упал. Корона слетела с головы и рассыпалась в прах, и миллионы птиц летали и клевали трупы нечестивых слуг антихриста...

...Старец благословил меня и, указав рукой на Восток, сказал: “Я иду вон туда” . Я пал на колени, поклонился ему и вижу, что быстро отчаливает он от земли, тут я спросил: “Как же имя твое, чудный старче?”.

“Серафим, – тихо и мягко сказал он мне, – а что ты видел – напиши и не забудь все это ради Христа”.

Вдруг, как бы над моей головой, ударил звон большого колокола. Я проснулся, открыл глаза. На лбу у меня выступил холодный пот, в висках стучало, сердце сильно билось, ноги дрожали. Я сотворил молитву: “Да воскреснет Бог”. Господи, прости меня, грешного и недостойного раба Твоего Иоанна. Богу Нашему Слава. Аминь ”.

_______________________________________