5 апреля 2026 года, в праздник Входа Господня в Иерусалим, архиепископ Владикавказский и Аланский Герасим совершил Божественную литургию в кафедральном соборе великомученика Георгия Победоносца г. Владикавказа. Накануне правящий архиерей возглавил в этом храме всенощное бдение с чином освящения верб.

Архиепископу Герасиму сослужили: иерей Рустик Фенченко, секретарь Владикавказской епархии; иерей Владимир Жуков, ключарь кафедрального собора; иерей Георгий Кудзагов, руководитель службы протокола Владикавказской епархии; клирики кафедрального собора – иереи Даниил Булатников и Георгий Дзеранов, диаконы Николай Селегеенко, Петр Евстафьев, Валерий Бобылев и Георгий Тедеев.

Проповедь перед причастием произнес иерей Георгий Дзеранов.

Богослужебные песнопения исполнил хор кафедрального собора под руководством регента Марии Качмазовой.

По окончании Божественной литургии правящий архиерей обратился к присутствующим с архипастырским словом:

«Сегодня огромная радость видеть, что весь храм причащался. Все, кто пришли сюда, соединились со Христом, и эту радость понесут дальше, выходя из храма в мир, к своим семьям, знакомым, друзьям. Это соответствует тому, чему нас в сегодняшний день учит апостол Павел: «Кротость ваша да будет известна всем человекам» (Флп.4.5). Разумна – значит, понятна, ясна и видна. Ведь кротость христианская основывается не на подчинении, покорении, не на рабстве миру сему или сильным его, а на том, что «Господь близко» (Флп.4,5), Он рядом. Это ощущение близости Господа нас, христиан, и побуждает к состоянию кротости и мира. И дальше апостол Павел говорит поразительнейшие слова о мире Божием, «который превыше всякого ума» (Флп.4,7), который должен пребывать в нас. Входя в храм и соединяясь с Господом, мы ищем именно этого – мира Христова, превосходящего всякий ум, ибо все прочие попечения мира сего апостол Павел в связи с этим призывает оставить: «Не заботьтесь ни о чем» (Флп.4,6). «Что только истинно, что́ честно, что́ справедливо, что́ чисто, что́ любезно, что́ достославно, что́ только добродетель и похвала, о том помышляйте» (Флп.4,8). Это завещание всем поколениям христиан в этот день Входа Господня в Иерусалим, потому что, некогда взыскав противоположного, не мира, а господства, не кротости, а гордыни, иудеи были посрамлены в своих ожиданиях, что Тот, Кто приходит – это царь и князь мира сего, но приходит Князь надмирный, Царь вечный, Который приносит нечто превосходящее всякий ум, ‒ то, что называет апостол Павел миром. Действительно, Христос приходит в мир разрушить средостение между горним и дольним, прекратить вражду земного и небесного, и Господь приходит именно как Примиритель. Мы, христиане, запечатлеваем в себе этот образ Христов, как мира, превосходящего всякий ум. И мы сами должны быть мирными и кроткими. Многие евангельские и церковные слова в мире обесценены и даже получили совершенно иное толкование. И нам нужно понимать, что призыв к кротости – это не призыв к потаканию злу. Кротость – не слабодушие и не слабоволие. Кто может сказать, что Христос был слабодушным и слабовольным или Его апостолы, которые шли за ним на смерть, как и Христос пошел на нее добровольно. Значит, кротость – это не покорность злу, а смирение перед волей Божией, принятие этой воли и подчинение своей человеческой воли добровольно, без всякого принуждения, воле Господа, творца мира. В таком состоянии кротость и понимается так же, как и смирение. Некоторые святые отцы затруднялись объяснять, что это такое. Но, опять-таки, это не рабство, не слабость, не нечто отрицательное, а наоборот, смирение, которое возвышает человека. Поэтому, чтобы нам понять, к чему призывают апостолы, к чему призывают и более поздние отцы церковные, нужно внимательно взирать на образ Христов. Вот Он смиренный входит в Иерусалим сегодня не на коне боевом верхом, не на колеснице, как триумфатор, не врывается в преторию, не призывает к штурму, к избиению римлян. Ничего Он этого не делает. Он входит, как некогда в пророчестве сказано, как «Царь… праведный и спасающий, кроткий, сидящий на ослице и на молодом осле» (Зах.9,9). И вот Он входит на этом животном, покорном, подъяремном, в Иерусалим, знаменуя сбытие того, что некогда было предсказано, что полагается конец вражде, войне. Христос входит – и война между небом и землей прекращается. Он приходит, как Примиритель. Однако, поскольку ум и мир Христов превосходят всякое человеческое разумение, далеко не все оказались способны понять и принять то, что приносит Христос в мир. Именно с этим связано то, что появляются новые лжеучения, которые говорят: «Мы-то как раз научим вас, как жить, расскажем, каков Бог на самом деле, поможем возвыситься над ближними, возгордиться, вознестись». Только они не говорят, что некогда это уже было сделано. Люцифером была сделана такая попытка возвыситься, вознестись, сесть на троне вместо Бога. Окончилось это горчайшим падением, низвержением в преисподнюю. Поэтому те люди, которые не принимают учения Христова, говорят, как некогда иудеи: «Странно нам такое слышать и не вмещается это в наш ум». В отличие от этих людей, которые не вмещают, не хотят расширить свое сердце, чтобы впустить туда Христа, мы вместе с принятием Тела и Крови Христовых Христа в себя впускаем, приглашаем жить в нас, чтобы все наши чувства, действия были подобны действиям Христовым.

Конечно в мире проявления кротости и смирения, наказуемы, то есть, люди, которые видят наше мирное устроение, пытаются над нами господствовать. Но тут Сам Господь вступается за верных Своих, как Он говорил апостолам: «Неужели вы думаете, «что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов?» (Мф.26,53)». Но идет Он по воле Отца Своего Небесного. Да, путь христианина сложен, труден, потому что не принимается. Мир не понимает учения Христова. Для иудеев это соблазн, а для эллинов, то есть, для языческого мира и других религиозных конфессий, это безумие, потому что как Бог может взойти на Крест? Как Он может так унизить Себя, ведь Он же Бог, Вседержитель, Творец? Он должен был великим, и мы в соответствии с Его учением должны господствовать над всеми. Но Христос учит иному: «Сын Человеческий не для того пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить» (Мф.10,45). Он делает все противоположное, потому что, и это давно замечено, всякая страсть и грех врачуется только противоположной добродетелью. И ключевой, основной грех человека и той части ангельского мира, которая отпала вместе с сатаной от Бога, ‒ это гордость, гордыня, превозношение, желание господствовать, нежелание уступить ближнему ни миллиметра пространства, а наоборот, расширяться и поглощать. Христос делает нечто противоположное, Он нисходит в таком смиренном образе. И если понятие «кенозиса» знакомо не всем, то образ Христа, на ослице входящего в Иерусалим, понятен всем без исключения. Это знак смирения, знак того, что Христос дает место человеческой воле в этом мире. Он попирает и не призирает этого, а дает человеку сделать выбор, подумать и осознать. Я всегда говорю и скажу еще раз: мы так рады быть со Христом, потому что Он так нас ценит! Господь думает о человеке очень благородно и высоко. Это не просто какая-то «тварь дрожащая», как в других религиозных исповеданиях. Человек достоин и способен быть братом Христовым или сестрой Его, братом или сестрой Бога. Нигде такого нет, а Христос добровольно говорит в Своем уничижении: «Войдите вы все, верные, в радость Господа своего, Он щедр, Он милостив, Он готов поделиться с нами всем». Он Самого Себя отдает нам. И сегодня начинается этот крестный путь, который приведет к Пасхе, но прежде нее Вход Господень в Иерусалим приведет Христа к Кресту и Голгофе. Поэтому мы должны сердце свое укреплять и воодушевлять тем, что если хотим быть подобными Христу, то, вероятно, и в нашей жизни нам придется идти через серьезные испытания, чтобы утвердить и укрепить нашу веру. Но нас воодушевляет то, что, если даже нам придется умереть со Христом, то мы с Ним и воскреснем. А что может быть больше этого великого дара человечеству – Воскресения и вечной жизни, победы нал смертью?

Дай Бог, чтобы эту Страстную седмицу мы прошли достойно вместе с Господом, размышляя и управляя свой ум для понимания этого мира Христова, превосходящего всякое разумение!»